«Была высушена полностью»: Кузнецова — о последствиях отравления, разговорах с родителями и нежелании сдаваться

Последствия отравления на ЧМ в Сингапуре были настолько серьёзными, что по возвращении пришлось ходить по врачам, сдавать анализы, пить витамины и биологически активные добавки. Об этом в интервью RT рассказала Александра Кузнецова. При этом, по словам 20‑летней спортсменки, несмотря на солидную потерю веса, она не прекращала тренироваться. Она также объяснила, почему не особо интересовалась историями успехов родителей на Олимпийских играх, и рассказала, к какому из стилей тяготеет больше в последнее время.

• © DBM/Insidefoto/Mondadori Portfolio via Getty Images

— Прошлогодний чемпионат мира в Сингапуре стал для российских пловцов некой отправной точкой. Вы завоевали золото в смешанной комбинированной эстафете, при этом показали далеко не лучшее время на своём этапе из‑за тяжелейшего ротавируса. О чём думали, возвращаясь домой в Петербург?

— Не особо радовалась, хотя сознание того, что я всё‑таки чемпионка мира и в этой командной победе есть моя заслуга тоже, всё‑таки присутствовало. Не могу сказать, что была расстроена чем‑то. Скорее, состояние было нейтральным — слишком много образовалось других проблем. Поэтому сразу после возвращения пришлось долго заниматься своим здоровьем: был сильный сбой в этом плане.

— Отравление имело столь серьёзные последствия?

— У меня из организма улетели все витамины и минералы, я очень сильно похудела. Приехала на чемпионат мира с весом 69 кг, уехала — с 64 кг, при том что стартовый вес у меня — 72 кг. Была высушена полностью. Соответственно, пришлось ходить дома по врачам, сдавать анализы, объяснять, что со мной происходит, получать предписания — какие витамины пить, какие БАДы и всё в таком духе. При этом я не прекращала плавать: я всегда так тренируюсь.

— Кто в большей степени занимается с вами практической работой — тренер Ольга Байдалова, мама — серебряный призёр Игр в Сеуле Елена Дендеберова или отец — олимпийский чемпион 1980 года Виктор Кузнецов?

— Если речь чисто о плавании, то Ольга Николаевна. Мама в какой‑то момент сама устранилась.

— Не захотела лишний раз травмировать собственного ребёнка чрезмерно жёстким подходом?

— Наверное, просто не хотела, чтобы дома и на бортике начались ссоры. Мы обе понимаем, что я — дочь, немножко по‑другому воспринимаю маму в бассейне, не так, как остальные ребята. И крикнуть на неё могу, и сказать что‑то, не подумав. Не всегда ведь получается контролировать себя в работе, тем более что мы обе с достаточно тяжёлым характером.

— Я в своё время ушла из плавания в прыжки в воду после того, как моя мама выгнала меня из воды в воспитательных целях. Но даже в другом виде спорта постоянно ощущала, что должна постоянно оправдывать ожидания родителей‑тренеров, да и всех окружающих, которые напоминали об этом при любом удобном случае.

— Прекрасно вас понимаю. Лет до 16‑ти мне тоже было очень тяжело в этом плане. Все вокруг говорили: «Такие знаменитые родители, ты тоже можешь, ты должна, мы в тебя верим…» Эта ответственность, которую по факту накладывали на мои плечи совершенно посторонние люди, страшно давила морально. Хотя, возможно, дело было просто в том, что я воспринимала происходящее слишком близко к сердцу. А потом вдруг как‑то себя отпустила. Поняла, что я никому ничего не должна. И плаваю только ради того, чтобы доказать что‑то самой себе.

— Доказать — подразумевает постоянный вызов и преодоление или удовольствие от процесса вы тоже получаете?

— Удовольствие, безусловно, есть. Всё‑таки я завоёвываю какие‑то награды — это всегда воспринимается как некий бонус. Мне нравится наблюдать за тем, что я делаю во время тренировок, как прохожу путь от одних соревнований до других, как расту, где допускаю ошибки, какие выводы из них делаю. Этот процесс реально интересен.

— Ваши родители росли в плавании в тот период, когда результат достигался жуткими тренировочными объёмами. На том же «Круглом» пловцам приходилось преодолевать в бассейне до 30 км в день. Какие объёмы выполняете в бассейне вы?

— Смотря в какой период. В среднем выходит 5,5 км за одну тренировку. Максимум — 7 км.

— Это увлекательный процесс или откровенно скучный?

— Если тренировка спринтерская, где много ускорений, это очень даже интересно. Аэробная работа более монотонна.

Но что такое проплыть 30 км за один день, я даже представлять себе не хочу. Да и зачем перерабатывать и тратить силы, если можно добиться тех же результатов на более маленьких объёмах, просто перераспределив нагрузку?

— Чемпионат мира в Сингапуре изменил вас как спортсменку?

— Думаю, да. Я начала мыслить по‑другому. И стала благодаря этому сильнее, как мне кажется.

— То есть если бы не ротавирус, прогресс мог оказаться ещё более мощным?

— Я не отношу случившееся к каким‑то неудачным обстоятельствам. Как говорится, если Бог меня поставил на этот путь, значит, знал, что я его пройду. Я и прошла. Начала гораздо лучше понимать, что для меня по‑настоящему важно. Меня, например, не слишком волнует, какое место я займу на чемпионате России в этом году, отберусь ли на чемпионат Европы. Глобальная цель — Олимпийские игры. И я знаю, что там, где надо будет, я выиграю.

— Мне кажется, вы не совсем честны. Если цель — Олимпийские игры, то чемпионат Европы — по любому часть этого пути, этап подготовки.

— Согласна. Но этап проходящий. А все проходящие старты — это лишь уроки, из которых надо постараться извлечь позитивный опыт. Даже если что‑то не получается, это всё равно урок. Я больше не расстраиваюсь, наоборот, ищу плюсы и в этом опыте тоже. Начала так мыслить, и стало намного легче жить, на самом деле.

— Мама часто вспоминает свои Олимпийские игры?

— За всю жизнь я, наверное, всего пару раз слышала дома разговоры на эту тему. Мне кажется, родители и так знают, что мне очень много говорят об этом. Я особо, на самом деле, родительскую историю не знаю — сознательно ей не интересовалась. Не хочу идти по этому же пути, наверное.

— Приехали… Если вы столько лет находитесь в том же самом виде спорта, ставите перед собой, по факту, ту же самую цель, путь‑то по любому окажется схожим.

— Согласна. Но боюсь, если начну ориентироваться на родительский опыт, приду к тому же, к чему и они. А у меня задача — сделать лучше. Мама, правда, всё равно периодически говорит, какие совершала ошибки, и я пытаюсь их не повторять.

— Какая дистанция вам интереснее — 50 м вольным стилем или 100?

— Сложный вопрос. Наверное, мне легче ответить, какой стиль мне нравится больше.

— И какой же?

— В данный момент это баттерфляй. Мне вообще хочется иметь в запасе разные стили: «дельфин», кроль, спина… Могу проплыть 200 м вольным или комплексом.

— Больше стилей — больше дистанций на соревнованиях. От этого не устаёшь?

— На последнем чемпионате России у меня получилась 21 дистанция за шесть дней. Есть ведь ещё и эстафеты, причём все. Да и любую личную стометровку или 50 метров приходится по три раза плыть: предвариловка, полуфинал, финал. Мне кажется, пока я молода, должна это делать, чтобы тренировать выносливость. Стану постарше, пойму, что уже не могу вытаскивать «сотки», уйду на «полтинники». К этому в плавании так или иначе все приходят.

— Бывает, что ни с того ни с сего какой‑то стиль плавания перестаёт идти?

— Да, конечно. От одного стиля иногда вообще сильно устаёшь. Взять стометровку вольным: только в эстафетах за одни соревнования получается восемь «соток» кролем. И так на протяжении нескольких лет подряд. Поэтому и переключаешься на другие дисциплины, уходишь на них, чтобы хоть как‑то разгрузить голову.

— Слушаю вас и невольно вспоминаю четырёхкратного олимпийского чемпиона Александра Попова, который на протяжении четырёх олимпийских циклов плавал всего две дистанции — 50 и 100 м вольным стилем.

— Но он же всё равно брал какие‑то другие дистанции на соревнованиях. Плавал в эстафетах на спине, например. Хотя Попов, конечно же, легенда. До такого уровня нам ещё расти и расти.

— На Кубке России в Санкт‑Петербурге вы для себя какие‑то задачи ставили?

— Мы проходим этот старт как на тренировке, не снижая нагрузки. Нужно просто проплыть, простартоваться, показать лучшие результаты, на которые я в данный период готова.

— Тем не менее вы уже записали на свой счёт несколько наград. А вообще по жизни азартны?

— Очень. Если чего захочу, уже не сдамся, вообще никогда. Это сродни унижению будет, не смогу с этим жить, мне кажется.

Источник