Есть ли жизнь после возвращения с СВО, или в чем кроется причина увеличения количества преступлений – бывших участников боевых действий

Россию захлестывает волна преступности: исторический факт подтверждает, что за любым военным конфликтом следует всплеск насилия.

Прошло более четырех лет с начала военной операции на Украине. С каждым днем увеличивается количество сообщений о преступлениях, совершенных ветеранами боевых действий после возвращения домой. Новостные ленты пестрят криминальными сводками об изнасилованиях, убийствах и грабежах с участием ветеранов СВО. Во многих случаях бывшие военнослужащие выступают не только исполнителями, но и организаторами преступлений, совершенных с особой жестокостью. С каждым годом уровень этой агрессии по отношению к жертвам растет.

На этом фоне возникают обоснованные опасения, что по окончании конфликта Россию ждет масштабный рост преступности — как это случилось после Великой Отечественной войны. Одной из главных причин неоправданного насилия эксперты называют посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). В России отсутствует открытая статистика о распространенности ПТСР среди участников боевых действий, однако косвенные признаки указывают на то, что реальные цифры могли бы шокировать общество.

Начиная с 2023 года, многие ведомства ограничили доступ к статистическим данным о правонарушениях, что затрудняет объективный анализ ситуации. Кроме того, освещение подобных инцидентов в СМИ сопряжено с юридическими рисками: упоминание участия военнослужащих в преступлениях нередко интерпретируется через призму статьи 280.3 УК РФ, предусматривающей административную и уголовную ответственность за дискредитацию армии.

Тем не менее некоторые данные все же просачиваются в открытый доступ. В отчете МВД о состоянии преступности за 2025 год отмечается, что количество тяжких и особо тяжких преступлений увеличилось на 15% по сравнению с предыдущим годом. Число убийств выросло более чем на 5%, а показатели по статьям об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью и об угрозе убийством увеличились на 6% и 21% соответственно.

С 2022 года в России впервые за 20 лет наметился рост числа убийств и покушений. Почти двукратный рост зафиксирован в приграничных регионах — Белгородской и Курской областях. Значительное увеличение числа особо тяжких преступлений наблюдается и в Ростовской области. Это обусловлено не только психологическими факторами, но и большим количеством неучтенного оружия.

Серьезным фактором риска является возвращение с фронта бывших заключенных. Те, кто отбывал сроки по тяжким статьям и получил помилование, обладают высоким криминогенным потенциалом. Психологи отмечают, что у многих из них наблюдаются расстройства личности, характеризующиеся отсутствием эмпатии и чувства вины. В их случае речь идет не о классическом ПТСР, а о профессиональной деформации и ощущении вседозволенности, подкрепленном статусом «героя».

По мнению российских психиатров, от 30% до 50% ветеранов СВО могут страдать от различных форм стрессовых расстройств: от ПТСР до депрессивных состояний. Около 20% бывших военных нуждаются в длительной медикаментозной поддержке и серьезной работе с медицинскими психологами.

Международные исследования показывают, что оптимальный срок пребывания человека в зоне интенсивных боевых действий составляет 35 дней, после чего в психике начинаются необратимые изменения. Большинство же участников СВО находятся на фронте гораздо дольше, что пропорционально увеличивает деструктивное влияние на личность. Без системной реабилитации и должного контроля всплеск криминала в России может достичь масштабов, на фоне которых «лихие 90-е» покажутся периодом относительного спокойствия.